Она была первой…

Она была первой…

«Нет некрасивых женщин, есть только..ленивые.»
Елена Рубинштейн

Когда спускается вечер, и улицы городов заливаются огнями разноцветных афиш,  среди прочих можно увидеть написанное неоном имя Елены Рубинштейн.  Это торговая марка одной из сотен  косметических фирм. Впрочем, сама фирма на сегодняшний день уже не существует.  Наследники продали ее Международному косметическому концерну. Осталосьлишь имя на коробках с разработанной некогда ею продукцией. Однако история этой женщины, бывшей пионером в области промышленной косметики, несомненно, заслуживает внимания.

Елена родилась 25 декабря 1870 года в Кракове, в семье  респектабельных польских евреев Августы и Хорейса Рубинштейнов. 

В их многочисленном роду были банкиры, нефтепромышленники, другие представители набиравшего в ту пору силу капитализма, а так же служители Богемы — художники. 

Отец, человек весьма состоятельный, занимался в основном сомнительными махинациями, что крайне не одобрялось матерью.  На этой почве в доме постоянно вспыхивали скандалы, которые Елена запомнила на всю жизнь. Но также запомнила и другое. То, как неустанно трудилась маленькая изящная женщина,  ведя хозяйство и воспитывая детей. Ведь девять дочерей — дело не шуточное.

Девочка не только любила, но и безмерно уважала мать, сумевшую не опуститься, не погрязнуть в горшках и кастрюлях. Ведь та, будучи настоящей красавицей, относилась сама к себе весьма уважительно и сумела до старости сохранить отличный цвет и свежесть кожи, прекрасные волосы.

Для того чтобы поддерживать форму, Августа использовала кремы и лосьоны, которые готовил ее знакомый доктор Ликудский. Считая, что ухоженный вид женщины – непременное составляющее ее жизни, она сызмальства приучила дочек следить за собой.  Не исключением была и Елена, очень похожая на нее.

Черные с поволокой глаза, блестящие волосы, такие длинные, что в распущенном виде окутывали ее миниатюрную фигурку подобно Святой Инессе, делали девушку поистине неотразимой.

Не удивительно, что она нравилась многим представителям сильного пола. Из всех предложений руки и сердца был выбран бедный студент-поляк, в которого она влюбилась без памяти.

Вопреки воле родителей хотела выйти за него замуж, а потому, во избежании мезальянса, девушку отправили к дяде в Австралию. Тем более, что после второго курса медицинского факультета краковского университета, куда она поступила по настоянию отца, оставила учебу, поняв, что не хочет быть врачом. Это было в 1890 году.

Перенеся длительное путешествие,  Елена оказалась на другом конце Света у родственников, встретивших ее очень радушно. Только в их доме пробыла недолго, перебралась в Мельбурн к знакомой, с которой подружилась в дороге, и стала зарабатывать на жизнь, преподавая ее детям немецкий и французский.

Австралия — страна с особым, жестким климатом, оставляющим отпечаток на внешности жителей. И у большинства людей, с которыми приходилось встречаться Елене, кожа лица была груба,  красна, морщиниста. Оттого женщины выглядели намного старше своего возраста.

Естественно, что на фоне австралиек уроженка Европы выглядела великолепно и вызывала восхищение ухоженным видом,  который поддерживала привезенным с собой кремом для лица. Тем, что, собирая дочь в дорогу, уложила ей в баул заботливая мама.

Будучи в ту пору еще не жадной, Елена давала его на пробу новым приятельницам. Результат сказался довольно скоро. И так же скоро подошло к концу содержимое нескольких баночек, привезенных из Польши. 

Тогда девушка написала матери письмо, в котором просила прислать  побольше упаковок с волшебным снадобьем. Продавая их, она делала первые шаги по пути будущего бизнеса, который, как подсказывала природная сообразительность, должен был помочь встать на ноги.

Получив от одной знакомой значительную сумму денег в виде ссуды, Рубинштейн в 1902 году открыла в центре Мельбурна салон красоты, где каждой посетительнице уделялось максимум внимания. В помощь себе выписала доктора Ликудского. 

Тот вскоре прибыл, и в маленькой лаборатории, созданной при салоне, они вместе готовили классический крем «Утренняя прохлада», а так же другие виды косметики из натуральных продуктов с учетом  разных типов кожи. 

Да, именно она впервые обратила внимание на то, что кожа у разных людей неодинакова и  классифицировала как сухую, нормальную, жирную. Ее продукция шла на «ура». Салон и магазин при нем процветали. Вложенные в предприятие деньги не только не пропали,  но дали отличную прибыль. И тогда она открыла еще один салон в Сиднее, для управления которым вызвала одну из своих сестер — Ческу,.

Рассчитавшись с долгом, Елена, ставшая популярной личностью, наладила контакты с промышленниками, сумела убедить их в беспроигрышности данного предприятия, и через несколько месяцев уже была миллионершей.

Красивая и богатая женщина — несомненно, выигрышная партия. Оттого вокруг нее крутилось множество поклонников, которые ее ничуть не занимали. 

Понимая, что ухаживание за ней —  бессмысленная трата времени,  один за другим отступились от чопорной  красавицы. И в конце концов, остался самый  стойкий  — Эдвард Тутус, американский журналист польского происхождения, познакомившейся с Еленой по долгу службы во время интервью для журнала.

Он не раз предлагал руку и сердце, но Елена к браку не стремилась.  Ее занимал бизнес. Несмотря на достигнутый успех, она не желала останавливаться. При этом понимала, что для дальнейшего развития дела необходимы соответствующие знания как в области парфюмерии, так и в вопросах ведения бизнеса. Поэтому она решила ехатьв Европу. Вызвав в Австралию из Польши вторую сестру, передала ей бразды правления и отправилась в путь.    

Прошло два года, посвященных упорной учебе. Общаясь с врачами, фармацевтами, ботаниками, занимаясь на семинарах в университетах Германии и Австрии, она приобрела определенные знания, дававшие возможность сделать имевшиеся кремы и лосьоны более эффективными, а так же разработать новые виды продукции.

Почувствовав свою силу, решила, что настало время покорять новые края, и в 1908 году отправилась в Лондон. Опытный глаз сразу же определил, что у англичанок те же проблемы, что и у австралиек.  Значит, есть над чем  работать.

Вложив в дело привезенные с собой 100 000 $, открыла салон, ставший вскоре весьма популярным. Немало труда было потрачено на то, чтобы расположить к себе леди,  бедить их в том, что использование косметики – повседневная необходимость для поддержания соответствующего вида, а макияж – вовсе не принадлежность лишь комедиантов да женщин легкого поведения; что умело наложенная косметика, пудра и помада, вовсе не вульгарны.

В самый разгар ее деятельности в Лондоне неожиданно появился Тутус, принявшийся за старое. К его величайшему удовлетворению, ухаживание не прошло даром. Он стал необходимым. Настоящим другом и советчиком. И именно ему удалось убедить Елену в том, что  ее любимый стерильно-белый стиль хорош для клиники, но не для косметического салона.

В своей автобиографической книге она рассказывает о том, как  Эдварс повел ее на антрепризу Дягилева «Русские балеты», оформленную Бакстом и Бенуа, где она впервые в жизни ощутила волшебство гармонии красок.

Потрясенная, вернулась из театра и первым делом сорвала с окон  белые парчовые занавески, через несколько дней заменила их  на фиоле­товые с золотыми разводами.  

А тем временем настойчивые ухаживания привели к свадьбе, за которой последовала семейная жизнь  и рождение детей.  Через год у этой четы родился первенец Рой, через три года — второй сын Хорач.

К этому периоду Лондон был полностью завоеван и покорен.  Оставаться  здесь не имело смысла. И, передав налаженное дело в руки своей сестры Моники, Елена в 1912 году отправилась в Париж.

Париж — не Мельбурн и не Лондон, где надо было начинать работу на голом месте, быть в этой сфере единственной, не имевшей конкурентов.

Столица Франции, издавна зарекомендовала себя законодательницей моды и косметики, а потому утвердиться в этом месте было значительно труднее. Тем не менее, баночки с торговой маркой «Елена Рубинштейн» были  уже знакомы здешним дамам, ставшим посетительницами парижского салона. Среди них, наряду с высокопоставленными особами, были такие известные личности как Сара  Бернар и Ида Рубинштейн.

Для работы в этом салоне была приглашена еще одна сестра — Паулина (за  ней  в семейный  бизнес постепенно втянулись и остальные сестры), а сама хозяйка, считая, что в Европе дело налажено, в 1915 году перебралась в Соединенные Штаты.

Немалую роль в этом решении сыграла  международная обстановка, заставившаяся ее супруга, американского гражданина, с самого  начала Первой мировой настаивать на отъезде.                                             

Теперь у Елены за плечами был колоссальный опыт, дававший  возможность развернуться в полную силу  Расширив номенклатуру продуктов, она с помощью ученых разработала специальную диету,  помогавшую сохранять кожу лица молодой и здоровой.

Для привлечения потребителей, занималась популяризацией косметологии:  читала лекции по уходу за кожей и  применению  косметики..

В своем нью-йоркском салоне, названном «Дворцом косметики»,  давала клиентам подробный инструктаж по использованию препаратов, предлагала в каждом конкретном случае определенный уход; проводила так называемые «Дни красоты»,  на которых  американки получали целый комплекс услуг, включающий специальную гим­настику, массаж, ароматизированную водную и ультрафиолетовые ванны, маникюр, педикюр, укладку волос, вкусный обед из полезных натуральных продуктов и, конечно, сеанс косметики, где подбирали кремы и делали макияж. С клиентками работали  дипломированные врачи, физиотерапевты, косметологи, физкультурники.

Женщины, не привыкшие к подобным процедурам, с удивлением  наблюдали за своим, поистине волшебным, превращением, и относились в Елене как к богине, спустившейся с Олимпа и творящей чудеса. Короче говоря, и здесь в клиентках недостатка не было.

Свое дело делала и реклама, значение которой Рубинштейн оценила одна из первых.

Миллионы превратились в миллиарды и давали возможность не только открывать новые и новые кабинеты по всей Америке, но и приобретать цветочные и травяные плантации, строить фармацевтические фабрики.

Появление же серьезных конкурентов, Элизабет Арден и Чарльза  Ревсона, лишь воспламеняло ее азарт и вело к пополнению ассортимента. 

А вскоре, все рассчитав, Рубинштейн стала поставлять свою продукцию в крупные универмаги  и магазины, приобретшие на это эксклюзивное право.

За несколько месяцев до биржевого краха в 1928 году, предвидя развитие событий, она совершила одну из самых рискованных и  гениальных своих сделок. Продала свою фирму за 8 миллионов  долларов, а через год вернула ее по цене в четыре раза ниже.

Став одной из самых богатых женщин мира, Рубинштейн стала вкладывать деньги в недвижимость. Приобретала  особняки в разных странахмира: во Франции,  Англии,  Америке… И каждый из них дизайнеры украшали и обставляли в разных стилях.  В одном нашло отражение барокко, в другом — бидермайер, в третьем — ренессанс, в четвертом — эпоха Людовика XVI…

В ее апартаментах имелись так называемые тематические залы: китайский, испанский, мексиканский, наполненные соответствующими  скульптурами, куклами, вазами и статуэтками, африканскими масками.

А еще там имелись специальные помещения для бесценных художественных полотен. Ведь живя во Франции, она тесно сошлась и подружилась с художниками, стала покупать их полотна,  положившие начало прекрасной коллекции.  

Более  же всего в живописи ее привлекали собственные портреты, заказанные знаменитым художникам. И никто из них, кроме Пикассо, не посмел отказать в просьбе столь влиятельной дамы. Одним из самых интересных  портретов считается написанный Сальвадором Дали. Тот, где она изображена словно вросшей в скалу-бизнес.

Грэхем Сазерленд. Портрет Элены Рубинштейн в вышитом красном платье Balenciaga 1951 Галерея Тейт Лондон
Портрет работы Мари Лорансен 1934 Частная коллекция
Сальвадор Дали Портрет Рубинштейн 943 год

Успешному  человеку кажется, что его благоденствие будет продолжаться всегда. Так было и с Еленой. Только в какой-то момент  фортуна от нее отвернулась. Первым ударом судьбы стал в 1937 году развод с Тутусом. Распался брак, длившийся почти 30 лет. В то время как Рубинштейн улаживала в Нью-Йорке дела фирмы, тот  увлекся молодой женщиной, предпочтя ей 60-летнюю жену.  

А как это бывает обычно,  пришла беда — открывай ворота.  Пошатнувшееся семейное положение вызвало и финансовый  кризис..  Моментально акции ее компании пошли вниз, от них старались избавиться, продавая за бесценок. И Рубинштейн скупала и скупала их через своих агентов для того, чтобы не пустить по ветру дело, в которое было вложено столько сил.

Такие потрясения не могли не дать знать о себе. Елена, в течение всей своей жизни не жаловавшаяся на здоровье, вдруг почувствовала, что организм дал сбой. Пришлось серьезно заняться собой в швейцарском санатории, и через некоторое время, набравшись сил, она снова была в форме.

Минул год. И в ее жизни произошло значимое событие:  свадьба с Арчилом  Гоурели-Шконией,  грузинским князем в изгнании, с которым она познакомилась в одном из парижских салонов. Их поначалу объединила общая страсть к бриджу. Ее ничуть не смущало, что избранник был моложе на целых двадцатьлет. Смущало другое. То, что он не имел определенных занятий и сменил массу профессий. От того, после предложения ей руки и сердца, прежде всего, удостоверилась в подлинности княжеского титула, а так же в том, что ее избранник никогда не был замечен в альфонсизме.

Арчил Гуриелли и Елена Рубинштейн в гостиной своей нью-йоркской квартиры. Около 1955 года:

Новый брак открыл второе дыхание. Бизнес-машина завертелась с новой скоростью. Был сделан ряд новых интересных разработок, в частности, в области мужской косметики, а для женщин появились такие новинки как водос­тойкая тушь для глаз и жидкая пудра (makeap) для лица, препараты, обладающие ле­чебными свойствами.

Елена Рубинштейн в лаборатории своей уомпании 1956

Новая война нанесла новый урон ее бизнесу. Вернувшись в Европу из Америки, где она была во время Второй мировой, Рубинштейн увидела, что в Лондоне ее салон разбомблен, а Париже все имущество разграблено. Пришлось срочно все восстанавливать. И ей это удалось. Вскоре все вернулось на круги своя.

Затем, при активном участии Арчила появились новые филиалы в Италии, Канаде и Бразилии. По его инициативе в Нью-Йорке появился «Дом Гоурелли» – особый центр для  мужчи­н,  где те могли удовлетворить свои запросы не только в области косметики и парфюмерии, но и модной одежды.

Прошло еще 18 лет. И снова  благополучный мир был разрушен. В 1956 году она осталась вдовой, а через два года в результате травм, полученных в автомобильной аварии, умер  ее сын  Гораций. Для  женщины, приближавшейся к девяностолетию, это было страшным  ударом.

Но, несмотря на это (а, может быть, именно поэтому, она снова с головой ушла в работу, осваивая новые территории. Ее империя   распространялась и на восток, а на бизнескарте появились Гонконг, Япония, Новая Зеландия.

Как лидер в этой отрасли производства , она в 1959 году приехала в Москву официальным представителем косметической индустрии США на национальной американской  выставке.  И сумела, как всегда, произвести   должное впечатление.

Самым же значимым моментом этой поездки для нее стала случайная  встреча с миловидной женщиной сред­них лет, которая представилась как кузина Арчила Гоурелли. Только было жаль, что она была мимолетной. Эта женщина, как и большинство советских  граждан, боялась вступать в открытый контакт с  иностранцами.

Всю жизнь Елена  Рубинштейн  провела  в колоссальном темпе.  Она всегда и всюду успевала, ведя дела, не выпустила бразды правления и в преклонном возрасте.  Однако теперь нередко руководила своей империей лежа в кровати, принадлежавшей  некогда жене Наполеона Жозефине, охраняя  внушительный сейф, спрятанный под ней. Для решения тех или иных проблем вызывала компаньонов  прямо в спальню. Называла же их не по именам,  а по определенным признакам. Например, Тот, У Кого Больная Печень или Тот, Что Всегда Носит Зонт.

И никто не удивлялся и не обижался. Потому что понимал: это одно из проявлений многочисленных чудачеств. Так, например, она не любила звонить по телефону, любила драгоценности так сильно, что, выходя из дома, напоминала рождественскую елку. Недаром Жан Кокто называл ее «живым тотемом».  Всегда носила с собой огромную сумку, в которой можно было найти  все, что угодно. В том числе бутерброды на обед, хотя могла, не нанося ущерба своим финансам, каждый день посещать самый шикарный ресторан.

С этой сумкой она не расставалась даже в постели. И, как показала действительность, это не было лишено логики. Свидетельством тому следующая история, которую приводит в своей книге «Люди и символы» Иосиф Богуславский. 

За год до кончины ее, впервые в жизни, попытались ограбить. Утром, бандиты, представившись разносчиками, вошли в дом, связали дворецкого и двух слуг. Беспрепятственно проникли в спальню и увидели хозяйку, лежавшую в кровати и читавшую свежий номер «Нью-Йорк   Таймс».

Приставив к виску потенциальной жертвы револьвер, один из грабителей потребовал ключи от сейфа. А в ответ услышал: «Я  старая женщина. Вы можете меня убить, но ограбить себя я не позволю       «. Бандиты рылись в комнате, разбрасывая вещи. А она тем временем вынула  из сумки, прикрытой  газетой,  ключи и спрятала  у себя на груди.

Не найдя ничего такого, чтобы их заинтересовало,  воры сняли Елену с кровати, перенесли на кресло и  связали простынями. Обнаружив после этого на кровати сумку,  они вытряхнули  ее содержимое, но там ничего существенного, кроме стодолларовой бумажки, не нашли. Увидев в чужих руках свою купюру,  Елена подняла такой страшный крик, что  незваные гости испугались и убежали.

Несмотря на отмечаемую всеми скупость, Рубинштейн нередко раздавала пожертвования. В 1953 году при под­держке ЮНЕСКО был заложен фонд ее имени, целью которого стало оказание помощи женщинам, которые хотели заняться серьезным бизнесом или реализовать научные идеи.

А во время двукратного посещения Израиля, где уже несколько лет работала ее фабрика, встречалась с Бен-Гурионом и Голдой Мейер. Предложила деньги для организации тель-авивского Музея современно­го искусства с собранием ценных живописных полотен и миниатюрных комнат-макетов с интерьером и мебелью разных эпох, а так же на создание фонда для медицинских ис­следований и реабилитации, основала америко-израильский культурный  фонд, в котором учредила специальную стипендию для израильтян.

Прожив долгую интересную и насыщенную событиями жизнь, она ничуть не боялась смерти. Об этом свидетельствует диалог, который приводит в мемуарах ее личный секретарь. На его вопрос: «Боитесь ли вы смерти, Мадам? «, та ответила: «Теперь — ни в малейшей степени. Раньше я боялась. Но я слишком долго ждала. Это должно быть . . . ин­тересный опыт». А назавтра ее не стало. Это случилось первого апреля 1965 года.

С кончиной хозяйки ее империя, распростертая по всему земному шару, просуществовала всего девять лет. Как уже говорилось, этот бизнес стал частью Международного косметического концерна. Но же­лающие и сегодня могут приобрести чудодейственные кремы упакованные в изящные баночки, на  которых стоят, слившись в монограмму, буквы «H» и R».

2000 «Вестник»

Фотографии с сайтов

Императрица красоты: 19 фактов о Хелене Рубинштейн …

Как Элена Рубинштейн произвела революцию в мире косметики

Helena Rubinstein: Beauty Is Power — The Jewish Museum

Использованный материал

Елена Рубинштейн, «Моя жизнь ради красоты».

Мадлен Лево-Фернандез «Хелена Рубинштейн. Императрица красоты»

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: