Три дня в Эйн-Кереме

Три дня в Эйн-Кереме

Это была прекрасная трехдневная поездка, оставшаяся в памяти на всю жизнь. Прологом же ей послужила прогулка по хайфской Мошаве Германит.

Бродя по этому району, мы с Элкой оказались на улице Меира Ротенберга, где из-за высокого забора выглядывала старинная постройка. Ворота были приоткрыты, и мы, не спросясь, залезли на закрытую территорию.

На крыльце стояла монашенка. На вопрос «Что это такое?», ответила: «Хостель монастыря Сестер Розария, расположенного в районе иерусалимского Эйн-Керема»

Мы разговорились и узнали, что здесь живет несколько сестер Ордена, которые обслуживают постояльцев. А остановиться может каждый. Независимо от национальности и вероисповедания.  А еще мы узнали, что гостей, по вполне приемлемой цене, принимает и головной монастырь в Эйн-Кереме. Тогда-то и родилась идея поездки в один из интереснейших уголков страны.

 

Заинтересовавшись названием  Ордена, я узнала, что оно не имеет ничего общего с красивыми цветами, а связано с традиционными католическими чётками, которые называют  «венцом веры» из роз, и молитвой, читаемой по этим чёткам. Классические чётки состоят из заключённых в кольцо 5 наборов из десяти малых бусин и одной большой, а также трех малых, одной большой бусины, креста и медальона.  Этот «духовный меч» вручается монахам при постриге и является атрибутом церковнослужителей.

 Вполне возможно, идея не вышла бы за рамки мечтаний, как это бывает нередко, если бы подруга, как говорится, не взяла быка за рога, и не настояла на том, чтобы мы отправились туда в самое ближайшее время.

Она связалась по телефону с сестрой Агатой, заведовавшей местом, превратившимся фактически в гостиницу, зарезервировала там комнату, и в назначенное время мы отправились в путь. Благо из Кирьят-Ата два раза в день отправляется автобус на Иерусалим.

Сев на конечной остановке, удобно разместились и двинулись в путь. К сожалению, это был не прямой рейс, а с заходом в ряд небольших городков с религиозным населением. А так как дело было накануне праздника Шавуот, многие из них направлялись в Святой город.

Пустой изначально автобус постепенно заполнился мужчинами, одетыми, несмотря на жаркую погоду, в лапсердаки и шляпы, женщинами в длинных юбках и закрытых кофтах, детьми разных возрастов.

Все было бы нечего, не создай они тяжелую атмосферу суетой и невообразимым шумом, который не стихал в течение всей дороги. Особые неудобства доставлял мне молодой человек, ставший рядом. Бесконечно раскачиваясь, он задевал меня фалдами пиджака. На просьбы отодвинуться, на несколько минут сдвигался в сторону, а потом возвращался обратно…

Наконец, поездка, продолжавшаяся около трех часов, закончилась, и мы вышли на иерусалимской автобусной станции. Взяли такси и вскоре были уже в Эйн-Кереме. Бодро подкатили чемоданчики к воротам монастыря и стали нажимать на кнопку звонка. Никакого ответа. Не последовало реакции и на стук в ворота. Попробовали позвонить по мобильнику — тоже безрезультатно.

Тогда решили приземлиться за столиком, находившегося рядом ресторана для того, чтобы подкрепиться, а уж потом решать, что делать дальше.

Шакшука оказалась выше всяких похвал, и запив ее чаем со сладостями, мы стали спрашивать официанта не найдется ли поблизости какой-нибудь отель, где можно переночевать. В ответ он принес справочник. Стали звонить. Но найти что-то, тем более, в праздник, выпавший, к тому же, на конец недели, оказалось делом весьма проблематичным. В одних местах все было занято, в других — такие запредельные цены, что не подступиться. Так, в одном из отелей-бутиков за ночь надо было заплатить за номер, не больше, не меньше, как 3000 шекелей.

Я предложила Элке снова позвонить в монастырь. И тут оказалось, что она набирает номер без кода города. Исправив ошибку, быстро дозвонилась, и монахиня сказала, что уже давно ждет нас.

Радостные побежали по уже знакомой дорожке. Ворота разъехались. Навстречу вышла дородная женщина в монашеском одеянии. Мы оказались в объятьях сестры Агаты, которая первым делом выхватила из протянутых рук деньги, мгновенно спрятала их в карман, а потом повела нас на второй этаж, в отведенные апартаменты.

Светлая комната с двумя кроватями, большим окном и всем необходимым вполне соответствовала 4-х звездочной гостинице.

Но сидеть там, несмотря на приятную атмосферу не стали. Побросав вещи, тут же отправились на прогулку. Первым объектом стал знаменитый источник, расположенный рядом с монастырем.

Тот самый, что появился, согласно легенде после того, как между Марией (Мирьям), что приехала сюда на ослике из Назарета, с ее родственницей Елизаветой (Элишевой), жившей в этих краях со своим мужем Захарием,  служившим в Храме коэном, состоялся серьезный разговор. Это ради него Мария прибыла из Назарета в Иерусалим. Ей не терпелось поведать кузине Благую весть о непорочном зачатии и будущем рождении Сына Божьего.

В ответ прозвучало не менее интригующее сообщение о том, что Елизавета, бывшая уже много лет в бесплодном браке, носит под сердцем другого судьбоносного младенца – Иохана (Иоанна). Того, которому суждено было стать одним из Апостолов, легендарным Крестителем.

Этому событию посвящена Церковь Посещения, расположенная непосредственно за монастырем Сестер Розария, в которую отсюда и отправились.

Преодолев длиннющую лестницу, оказались около кованых ажурных ворот с бронзовыми изваяниями Елизаветы и Захарии.

А во дворе — необычный храм, состоящий из двух частей, расположенных одна над другой.

История этого места связана с именем императрицы Елены, матери Константина, посетившей Святую Землю в IV веке. Не зная точно местонахождения дома Елизаветы, она в 324 году решила построить два храма: один посвященный пророку Захарии, второй — св. Елизавете. Обе церкви в начале VII века разрушили персы.

Появившиеся во время Первого крестового похода (вторая половина XI в.) рыцари возвели на руинах две новые базилики. За время арабского владычества от первой ничего не осталось. И в 1955 году удивительный архитектор Антонио Барлуцци на ее месте поставил новую, францисканскую.

Первое, что видишь, попадая на территорию, фигуры Марии и Елизаветы на фоне стены, представляющей собой часть клуатра с текстом Магнификата (благодарственного гимна, произнесенного Марией) на 42 языках.

Напротив, рядом с колокольней, над входом в Нижнюю Церковь – яркая мозаичная картина работы итальянского монаха из Ватикана по имени Бигатти. Она изображает Марию, въезжающую в Эйн-Керем верхом на белом ослике. Под ней – библейский текст: «И встала Мария в те дни и поспешила в Горы, в один из городов Иудеи».

Нижняя Церковь (крипта) представляет собой небольшую капеллу, вырубленную в горе. Ее украшают фрески, расположенные на стенах под потолком со следующими евангельскими сценами:

«Встреча Марии с Елизаветой»

«Избиение младенцев».

«Служба Захарии в Храме»

Главное место в крипте — грот, почитаемый с раннехристианских времён (VI-ХII вв.), что заканчивается колодцем с так называемым «малым родником», которым, согласно преданию, пользовалась семья Иоанна.

Рядом, на обнесенном железной решёткой месте, стоит камень с углублением, напоминающим форму детского тельца. Вокруг него — надпись на греческом: «В этой скале Елизавета прятала Иоанна». Камень принесен оттуда, где Елизавета скрывала своего малыша, когда кровожадный царь Ирод, боясь за свой трон, полученный не по наследству, а по решению римского сената (37 г. до н. э), безжалостно убивал младенцев мужского пола, потому что услышал от волхвов предсказание, касающееся рождения Мессии.

О том, как Елизавета спасала свое дитя, читаем у русского игумена Даниила (начало ХII в): «Оттуда с пол версты через горное ущелье прибежала к горе Елизавета и сказала: «Гора, прими мать с чадом». И тотчас же расступилась гора и приняла Елизавету. Слуги же царя Ирода, которые гнались следом за Елизаветой, пришли к этому месту, ничего не нашли и возвратились утомленными».

Согласно православной традиции, это место расположено на расстоянии 3 км к западу от Эйн-Керема, и ныне там расположен францисканский монастырь Иоанна Предтечи в Пустыни, так же построенный Барлуцци.

Поднимаясь по лестнице в Верхнюю Церковь, видим «Мадонну делла Бруна» – дар итальянского города Матера.

Оказавшись на площадке перед храмом, обращаем внимание на рисунок оконных ставень, повторяющих многократно стилизованный силуэт пальмы, являющейся одним из символов Богоматери.

А так они выглядят изнутри

Этот мотив повторяется в очертаниях бронзовых подсвечников, что были отлиты мастером Морте и являются украшением интерьера.

Внутри церкви стены отделаны дорогими породами мрамора, расписаны фресками работы итальянского художника К. Вагарини. Сначала художнику помогал известный израильский мастер Мордехай Ардон (впоследствии лауреат Премии Израиля), но был отстранен Ватиканом по причине иудейского происхождения.

Пять больших панно посвящены таким  библейским темам как

«Диспут о Непорочном зачатии».

«Брак в Канне Галилейской».

«Эфесский собор, провозгласивший Марию Богородицей»

А так же «Покровительница всех верующих», «Почитание Марии».

Стены украшают фрески с женскими образами из Ветхого и Нового завета. А в апсиде — величественный алтарь с резной мраморной оградой. За ним, следуя своему принципу, архитектор сохранил древнюю византийскую кладку.

Мы видим изображение Девы Марии в окружении ангелов и святых.

Над ней — интересный потолок, имитирующий кессонный

На западной стороне, над органом, — красочное изображение Богородицы

Отсюда спускаемся вниз, выходим за ворота  и направляемся к другой католической святыне — монастырю святого Иоанна Крестителя на горах, что находится на месте второй базилики крестоносцев, которую арабы, в свое время, превратили в конюшню при постоялом дворе — хане.

В церковном дворе  стены увешаны досками с цитатами «Бенедиктуса» – благодарственной песни-молитвы Захарии на разных языках в честь рождения сына Иоанна.

Подходим к зданию церкви, где перед входом, через напольную решетку можно увидеть фрагменты прекрасной мозаики византийской церкви, сохраненной крестоносцами.

Храм имеет форму римской базилики с небольшим куполом, опирающимся на монументальные четырехгранные столбы, соединенные арками. Центральный зал от боковых нефов отделяют два ряда продольных колонн.

Так как большая часть средств на новое строение была пожертвована испанской королевской фамилией, здесь превалируют испанские мотивы. Это и исключительно красивая сине-белая толедская керамика, и солидные картины-иконы – копии работ известных испанских мастеров.

В центральной апсиде — алтарь, посвященный родителям Иоанна, а также Богородице. Мы видим скульптурные изображения Марии, Елизаветы и Захарии, мраморные изваяния Франциска Ассизского, основателя ордена францисканцев и св. Клары, «невесты Мессии», основавшей женский францисканский монастырь клариссинок.

На стенах, как в и в каждой кармелитской церкви, фрески с изображением 14-ти Станций Крестного пути.

Под круглым куполом — витражные окна, ав боковых «языках» — изображение 4-х евангелистов

В правом пределе, посвященном Елизавете, — копия картины Эль Греко «Посещение Марии». Левый предел представляет собой пещеру со стенами, облицованными черным и розовым мрамором. В него ведет арка в золотом обрамлении, где по черному полю идут слова «Benedictus Dominus Deus Israel» («Благословаен Господь, Бог Израилев»). Над ней – картина, изображающая крещение Иисуса Иоанном.

Считается, что именно здесь был произведен на свет Иоанн Креститель. Там, где, согласно местной традиции, родился Предтеча, в мраморный круг вставлен серебряный диск с выгравированными на нем словами, рассказывающими об этом событии.

Между плитой престола и кругом — три барельефа с изображениями сцен жизни Иоанна, а на южной стене, справа от алтаря, – копия картины Хосе де Риверы со сценой казни Иоанна.

Ведь, как известно из Библии, жизненный путь Иоанна завершился весьма трагически. За то, что он обличил тетрарха Галилеи Ирода Антипу в кровосмешении (тот, отняв у своего брата жену Иродиаду, приходившуюся обоим племянницей, сделал ее своей женой), был заключен в тюрьму.

Но жестокой женщине этого показалось мало. Иродиада использовала для мести свою дочь Саломею. Та, покорив тетрарха пляской, «возлежала с ним» и добилась казни Крестителя. Доказательством содеянного стал подарок  — голова на золотом блюде.

Выходим из монастыря, доходим до симпатичной галереи.

Отсюда поворачиваем направо и берем курс на монастырь Сестер Сиона. Его название связано с двумя важнейшими фигурами библейской истории, самыми главными женщинами христианского мира, о которых мы говорили выше, – Марией и Елизаветой. Эти еврейские матери, родившие сыновей, открывших новую страницу в истории человечества, и получили имя Сестер Сиона.

История этого монастыря уходит корнями в 1860 год, когда в Эйн-Кереме появился католический священник Альфонс Ратисбон. Очаровавшись этим местом, он задумал создать приют для девочек-сирот из разных стран.

Через подставное лицо, снабжённое рекомендательной грамотой от Иерусалимского паши, приобрел приглянувшийся участок, на котором построил дом. А вскоре его посланники привезли первых воспитанниц из Ливана, где в результате резни, затеянной мусульманами, немало детей осталось без родителей.

Сам Ратисбон, французский еврей, перешедший в католичество вслед за своим старшим братом, сначала был иезуитом. В 1848 году создал конгрегацию Сионской Богоматери, что занималась покупкой земель в Палестине для строительства католических монастырей.

Полюбив всей душой Эйн-Керем, он остался жить в монастыре Сестер Сиона, соорудив на его территории собственное жилище. До конца дней занимался благоустройством обители, а после смерти нашел последний приют на монастырском кладбище, где над его могилой установлена статуя Девы Марии из белого мрамора.

Разведя руки, Богородица скорбно склонила голову, грустя по поводу кончины этого замечательного человека.

На сегодняшний день приюта как такового нет. Монастырь превращен в симпатичный гостиничный комплекс с гостиницей, столовой и небольшой монастырской церковью с нервюрными сводами, и витражами, изображающими Моиссея и Илью

На одной из стен — оформленные в необычном, модерновом стиле, Станции Крестного Пути.

Одна из икон выполнена в византийском варианте

 

 

 

 

 

 

 

 

Великолепная акустика позволяет проводить здесь инструментальные и хоровые концерты.

Обслуживают комплекс сестры-монахини, которые, согласно уставу ордена, изучают иудаизм, анализируют связь между иудаизмом и христианством, говорят на иврите.

При монастыре имеется изумительный сад с яркими цветами.

Вокруг -красивые деревья.

Летают птицы.

Если есть на земле рай, то он находится именно здесь.

В Эйн-Кереме Иоанну Крестителю посвящена еще одна церковь. Маленькая греческая православная часовня, построенная в 1894 году и капитально переделанная в 1975 году.  Очень уютная и симпатичная, но, к сожалению, закрытая после смерти монахини, которая следила за ней.

Спускался вечер. Решив, что на первый день впечатлений вполне достаточно, вернулись в свою гостиницу и, отдохнув, отправились ужинать, решив осесть в ближайшем ресторане, который попадется по дороге. Волей случая это оказалась «Карма», где, как мы узнали потом, надо было заказывать места заранее.

Но нам повезло. Словно по мановению волшебной палочки, специально для нас оказался свободным боковой столик на двоих.

Решив, что наедаться вечером негоже, заказали роллы с овощами и по бокалу вина (надо отметить праздник).  Элке — белого, мне — красного.

Но, как говорится, аппетит приходит во время еды. И мы попросили официанта порекомендовать что-нибудь фирменное. Он предложил морепродукты, запеченные в сковороде под крышкой из теста.

Блюдо принесенное на шипящей сковородке, выглядело исключительно аппетитно. Отодрав  хлебную корку, мы увидели скворчащие креветки, мидии, кусочки кальмаров…

Вытянув оттуда солидную крабовую клешню, Элла попыталась ее вскрыть. Но… О, ужас… Щупальце короткохвостого рака, выскользнув из ее рук, пулей полетело в сторону лысины мужчины, сидевшего за соседним столиком.

Не знаю, каким образом я, обычно медлительная и неловкая, мгновенно среагировала. Секунда — и клешня оказалась в моей руке. Повторилась сцена из американского фильма «Красотка», разыгранная Джулией Робертс  и Ричардом Гиром.

В глазах подруги я увидела ужас. Как она объясняла уже потом, на минуту представила как эта «пуля» попадает в голову мужчины и последствия этого. От того-то и вошла в ступор.

За этим, как выяснилось, наблюдал официант. Он подошел и спросил, не нуждаемся ли мы в помощи. Подруга, разведя руки в стороны, произнесла: «Я не знаю, что с этим делать…» и указала на возвращенную на место клешню. Тогда парень принес специальные щипчики и помог разделать непослушный морепродукт.

А когда мы поели, и спало напряжение непростого дня, на нас напал неудержимый хохот. Наверно, сказалось вино… И трапеза кончилось тем, что, неловко повернувшись, я разлила стакан чая. Поняв, что пора закругляться, мы попросили счет.

Что такое неполный бокал вина? Ерунда. Но мы почему-то были столь пьяны, что до нашей гостиницы, расположенный в нескольких сотнях метров ресторана, добирались более получаса, поддерживая друг друга.

После всех приключений спали как убитые. А наутро, позавтракав, сначала осмотрели небольшую, но исключительно приятную территорию монастыря, где растут разные фрукторые деревья.

Это слива

А вот олива

Из слив варится джем, а маслины солятся. Полученными продуктами, вместе с сыром, медом и хлебом, потчуют посетителей на завтрак в вот такой гостинной

На территории монастыря имеется прекрасный виноградник

Вокруг — цветы, растущие, почему-то, в горшках

Имеется несколько фонтанчиков.

Здесь приятно сидеть, слушая щебетание птиц и наблюдая за веселой возней собак Гучи и Максика…

Но у нас были другие планы. А потому отправились в Московию, обширная территория которой простирается практически до церкви Посещения. Но, несмотря на то, что неподалеку имеется калитка, попасть туда через нее, наглухо запертую, невозможно. Надо идти, практически до Адассы, в районе которой, согласно карте, располагается главный вход.

И мы двинулись по кромке возвышенности над проезжей дорогой, стараясь соблюдать предельную осторожность. Я боялась оступиться, а Элла наткнуться на змею, что могла прятаться в растущем на обочине тропинки кустарнике.

По дороге встречались  кактусы-опунции

Попадался каперсник

Разные цветы. В частности, алые маки

Наконец, дошли до больницы и поняли, что попали не туда, куда надо.

Так как была суббота, вокруг не наблюдалось ни души. Спросить не у кого. Вдали пробежал шакал. Стало страшно.

Покрутились, вышли к каким-то домикам. Вероятно, к общежитию. Наткнулись на парня, который сказал, что мы идем совсем не в другую сторону.

Снова двинулись в путь и, наконец, добрались до высокой стены, окружавшей обитель. Ворота были закрыты, и попасть вовнутрь оказалось делом проблематичным. Стояли и думали: что делать. На наше счастье оттуда вышла монашенка. Мы ее спросили, можно ли войти.

«Заходите, коль пришли», — последовал ответ. Не заставив себя ждать, нырнули вовнутрь, и первое, что увидели — стоявший на вершине склона новенький собор «Всем Святым на земле Российской просиявшим», золотые купола-луковки которого видны далеко за пределами обители.

Инициатором строительства храма, который изначально планировалось посвятить Живоночальной Троице, была Великая княгиня Елизавета Фёдоровна, решившая возвести его после убийства супруга, Великого князя Сергея Александровича (брата Александра III).

В 1911 году был заложен фундамент. Но началась Первая мировая война. За ней последовала революция, в мясорубке которой большевики зверски убили Елизавету Фёдоровну в 1918 году.

Все оставалось в зачаточном состоянии в течение почти целого века. До тех пор, пока не распался СССР. Строительство собора было возобновлено в 1997 году, а конце октября 2007-го, в рамках торжеств, посвященных 160-летнему юбилею Русской Духовной Миссии в Иерусалиме, состоялось освящение.

Итак, поднявшись вверх по высокой лестнице, мы оказались у дверей храма, где сидела симпатичная старушка. Купив у нее несколько свечей, я пошла их ставить (так делаю всегда, попадая в солидные храмы), а Элла осталась у входа.

— А ты что стоишь? — спросила ее бабушка.

— Я не христианка, — ответила она.

— Ничего, — послышалось в ответ, — возьми деточка и поставь во здравие родных.

Осмотрели  предел

и иконостас

Поблагодарив монашенку, стали спускаться. И в это время здесь появилась здесь пара — мужчина средних лет со спутницей.

Они чем-то не понравились бабушке. Возникла перепалка. Уже снизу услышали, что мужчина сказал что-то резкое. Что происходило дальше — не знаем, так как пошли осматривать остальные объекты огромной монастырской территории.

Ведь этот монастырь существует очень давно. С  тех времен, когда архимандрит Антонин Капустин, как и Ратисбон, приобретал земли. Только для Российской империи с целью возведения православных святынь.

Он купил этот участок с далеко идущими планами — заселить северный склон горы русскими паломницами, желавшими прожить до конца своих дней в Палестине. Так в этих краях появилась Московия. 

Для поступавших в монастырь существовало следующее правило: каждая насельница должна была заплатить Русской Миссии определенную сумму за свой земельный надел, на котором, на собственные же средства, строила дом и хозяйственные постройки, сажала деревья, среди которых непременными были миндаль и кипарис. Оттого и сегодня по весне склон горы укутывает нежнейшее розовое облако.

Монастырь получил название «Горний град Иудов» (сокращенно «Горний»). Его проект, так же, как и Спасо-Вознесенского монастыря на Масленичной горе, разработал сам архимандрит.

За два строительных сезона арабский подрядчик Джирьес возвел колокольню и храм. С оснащением помогли из России, откуда доставили иконостас, плащаницу, сосуды и иконы. А изображение Христа в терновом венце для иконостаса отец Антонин написал самолично.

Согласно официальным бумагам, это строение выглядело так: «Церковь во имя Божией Матери, Казанской Ее иконы, в Горненской общине – небольшая одноэтажная, с одной главою и с остроконечной небольшой колокольнею. Иконостас двухъярусный с иконами хорошего письма. Церковь построена покойным архимандритом Антонином. Утварь и ризница церкви ее богаты и обильны. Церковь содержится в порядке, но признана в настоящее время малопоместительною в период паломнического движения»

Храм был освящен 14 февраля 1883 году во имя Казанской иконы Божией Матери, являющейся главной святыней обители.

Веруя в ее охранительную силу, сестры изо дня в день совершают определенный обряд. Игуменья выносит икону из храма, передает одной из сестер и благословляет ее на обход всей территории вдоль стен монастыря. Затем икону возвращают на место.

Справа от входа в церковь находится другая святыня – камень, стоя на котором, согласно преданию, Иоанн Креститель произнёс свою первую проповедь. Он был доставлен в монастырь из так называемой «пустыни» св. Иоанна Предтечи, что расположена недалеко от Иерусалима, около современного поселка Эвен-Сапир.

Неподалеку от храма стоит церковная лавка

Благодаря обращению отца Антонина в Священный Синод, был издан указ о проведении в Горненском монастыре праздника «Целование Мариино, или Прихождение Божией Матери в Горний град Иудов», что ежегодно имеет место 12 апреля.

Сюда привозится из Троицкого собора Русской духовной миссии раритетная икона «Благовещение», изображающая Деву Марию в красном платье, черной накидке и белом покрывале. Со сложенными на груди руками она внимательно слушает то, что ей вещает Ангел, сидящий на облаке.

Икона гостит в Эйн-Кереме три месяца, до праздника Рождества Иоанна Предтечи 7 июля. Это связано с тем, что Богородица прожила у Елизаветы 3 месяца.

В монастырском саду растут уникальные цветы, которые можно увидеть только в Горнем. Это ничем не примечательная, на первый взгляд, Неопалимая Купина. Растение выглядят засохшим. Лишь на Страстной семице, последней неделе перед Пасхой, оно зацветает. А сразу же после дня Воскресения Христова засыхает.

В 1898 году женская община в Горнем приобрела статус монашеской. Ее первой настоятельницей стала монахиня Валентина. При ней обитель поистине расцвела. Но началась Первая Мировая война. По требованию турецких властей большая часть монахинь покинула монастырь. Те, что остались, терпели трудности и лишения.

Когда в 1918 году обитель начала вновь функционировать, она имела весьма плачевный вид. Пришлось восстанавливать храм, ризницу, отдельные домики. Возникли новые сложности из-за того, что монастырь был передан Зарубежному Синоду.

Все встало на свои места после образования государства Израиль. Горненский монастырь был возвращен Московской Патриархии, и в 1955-1956 годах на постоянное проживание сюда прибыли две группы монахинь из СССР.

В 1987 году в Горнем появился новый пещерный храм Предтечи и Крестителя Господня Иоанна, поставленный на предполагаемом месте дома Захарии и Елизаветы.

Перед площадкой, ведущей в храм — широкая лестница из бело-розового камня, обрамленная кипарисовой аллеей. Перед входом, в нишах — три большие иконы

За стеной храма, в соседнем монастыре святого Иоанна Крестителя на горах, находится другая половина пещеры, что разделилась во время землетрясения.

Службы в небольшом помещении, расположенном глубоко под землей, проводятся редко. Обязательной считается лишь приуроченная к празднику Рождества Святого Великого Пророка Предтечи и Крестителя Господня Иоанна, выпадающего на 7 июля.

После того, как мы обошли большую часть территории, ноги буквально отваливались. По крайней мере у меня. Чтобы проделать обратный путь пешком не могло быть и речи, а потому решили: доползем до ворот и там вызовем такси. Медленно побрели в нужном направлении. И вдруг увидели, как из-за поворота вынырнула машина. Я стала ее тормозить. Элка же, посчитав, что это неудобно, стала меня останавливать.

Машина затормозила. В ней оказались люди, которых мы видели у дверей храма. Я спросила, не подвезут ли они нас до ворот. Мужчина, сидевший за рулем, любезно предложил свои услуги, что вызвало явное недовольство его спутницы.

Демонстративно стряхнув в окно пепел с кончика сигареты (ей было наплевать на то, что курить на территории монастыря запрещается, что это считается грехом), женщина заносчиво произнесла: «Видите, я курю. И это вам может помешать!» Я же, несмотря на то, что на дух не переношу табачного дыма, мило улыбнулась и сказала: Ничуть, это даже приятно».

Не обращая внимания на ее закривленную физиономию, нырнули на заднее сиденье и перевели дух, потому что на улице стояла изнурительная жара, а внутри работал кондиционер, создавая приятный микроклимат.

Когда через несколько минут мы доехали до ворот, водитель спросил куда мы направляемся, а услышав, что нам надо в центр Эйн-Керема, радостно заявил, что они направляются туда же, и предложил доставить до места. Мы, естественно, с благодарностью, приняли его предложение, вызвав новую негативную реакцию его дамы.

Из нескольких фраз, которыми он перебросились, проезжая мимо Адассы, стало ясно, что это не муж с женой, что встречаются они не так давно, и женщина явно обеспокоена тем, как сложатся их отношения. Ее нервозность, вероятно, занимала спутника, решившего поиграть в кошки-мышки.

В создавшейся ситуации он разошелся вовсю. Словно павлин, распушивший разноцветный хвост, стал с нами шутить и любезничать. Мы же, в свою очередь (согласитесь, что в каждой женщине сидит маленькая собачка), всячески ему подыгрывали.

Когда подъехали к источнику, мужчина объявил, что они держать путь в монастырь Сестер Сиона и пригласил нас присоединиться. Нам же это было ни к чему. Во-первых, уже побывали там вчера, а во-вторых, надо было кончать комедию. Поиграли – и хватит.

Поблагодарив, высадились около ресторана, с которого началось наше знакомство с этим местом. Пообедали и отправились к себе в комнату, где, приняв душ, бросились на кровати. Проспали до самого вечера.

Идти уже никуда не хотелось. Так и просидели, болтая, за столом в винограднике до ночи.

А по утру, позавтракав, дождались того момента, когда в распахнувшиеся ворота въехала машина с сестрой Агатой за рулем, навстречу которой с радостным лаем помчались собаки, попрощались и двинулись в обратный путь. Впечатлений было столько, что намеченный еще один пункт – Монастырь Иоанна, расположенный в нескольких километрах от Иерусалима, решили отложить на следующий раз.

Взяв такси доехали до междугородной автобусной станции в нашей столице, сели на автобус, который довез до хайфского Лев-ха-Мифраца, а оттуда, метронит доставил уже до самого дома. Так закончилось это замечательное путешествие, вспоминая о котором, даже спустя несколько лет, я невольно улыбаюсь.

2015-2018

Использованный материал

Встреча Марии и Елизаветы — Википедия
Церковь Посещения (Иерусалим) — Википедия
Эйн-Карем – церковь св.Иоанна Крестителя в Пустыне
Монастырь Сестёр Сиона (Эйн Керем). Достопримечательности …
Ратисбон, Альфонс — Википедия
Горненский монастырь (Эйн-Карем) — Википедия

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: