Чеченская деревня на Иудейских холмах

Чеченская деревня на Иудейских холмах

В 10 километрах от Иерусалима, по дороге на Тель-Авив, на Иудейских холмах, находится мусульманская деревня Абу-Гош…

Она стоит там, где люди жили со стародавних времен. И в каменном, и в бронзовом, и в железном веках, о чем рассказывают археологические находки, начиная с неолитического периода (6000 лет до н.э.) Менялись времена, люди, названия… Последнее, нынешнее имя, деревня приобрела в 1764 году, когда топонимом стала фамилия.

Так увековечил себя солидный клан, уходящий корнями в XVI век к патриарху Абу Гошу и четверым его сыновьям: Джаберу, Ибрагиму, Абдель-Рахману и Осману. И большинство нынешних жителей этого места являются  их прямыми потомками..

Случилось так, что выходцы с Кавказа, служившие в личной гвардии турецкого султана Селима I Грозного, в 1501 году попросили у султана разрешения поселиться на этих землях. А тот, планировавший экспансию на Восток, был этому только рад.

Перелистаем страницы истории, в которых нет ничего особенно для этого места. И окажемся в XIX веке, когда потомки тех воинов служили уже не султану, а самим себе, занимаясь ничем иным, как разбоем на дорогах, а потому их имя произносилось с ужасом всеми, появлявшимися в этих краях. Об этом можно прочитать в книге Н. В. Адлерберга, члена Государственного Совета России, где он рассказывает о своем посещении Палестины в 1845-ом и 1860-ом годах.

«Главный предводитель разбойнических шаек, Ибрагим-Абугож, известный во всей Палестине своею хищническою ловкостию и отвагою, жил в лежащей по этому пути Иеремиевой деревне и собирал со всех проезжающих подать».

И так продолжалось до тех пор, пока турки не удостоили главу клана титулом шейха и не разрешили абу-гошевцам контролировать важнейшие дороги, ведущие в Иерусалим, взимая определенную мзду. Разбой прекратился, в мошну Абу Гошей посыпались «легальные» монеты, а путешествие по этим местам стало безопасным.

Об этот поведал другой российский путешественник. Герой Бородинского сражения, несмотря на отсутствие одной ноги (арабы дали ему прозвище «отец деревяшки»), приезжал в Палестину дважды. В 1835-м и 1861-м годах. Целью его визита была топографическая идентификация мест, упоминаемых в Библии. Свои впечатления он опубликовал в монографии «Иерусалим и Синай. Записки второго путешествия на Восток А.С. Норова».

Однажды, вместе с сыном и другими спутниками, он заехал к Абу Гош, где был принят со всеми знаками внимания, соответствующими восточному гостеприимству.

«Нас ожидал ночлег в Кариет ел-Енабе, у властителя этого места Абугоша. Вымоченные дождем, мы были им радушно приняты и угощены на богатых коврах и мягких подушках. Нам был подан чай в европейских чашках, но хозяин признался нам, что у него нет русского самовара, и просил меня для пользы моих соотечественников и в память о себе, снабдить его оным.

Возвратясь в Россию, я исполнил его просьбу, присовокупив к самовару полный чайный сервиз, и получил от него благодарственное письмо, в котором он величал меня своим другом».

И, наконец, впечатления Д. В. Дашкова, советника посольства Российской империи в Турции, что приехал в Палестину в 1820 году с дипломатическими поручениями – разведать обстановку в Греции и Палестине, а также собрать «обстоятельнейшие сведения» об Иерусалиме и как можно подробнее описать Храм Гроба Господня.

Он рассказал как об этом месте, так и о самом шейхе. («Русские поклонники в Иерусалиме. Отрывок из путешествия по Греции и Палестине»).

«При въезде в бедную арабскую деревушку, верстах в 15 от Иерусалима, нас остановили именем шейха Абу Гоша, грозы поклонников, с усиленною просьбою зайти к нему для отдохновения. Мы нашли его на маленьком дворике, сидящего в тени на рогожах и окруженного старейшинами его племени. Все приняли нас очень ласково.

Абу Гош хвалился знакомством с английскою королевою, супругою Георга IV, и славным Сиднеем Смитом, показывал полученные от них подарки – с явным намерением возбудить и нашу щедрость – и, угостив дружелюбно, пустился провожать караван за деревню».

Когда в 1917 году в Палестине был установлен британский мандат, черкесы восприняли «новых хозяев» воинственно. Любви с англичанами не сложилось. Назло им абу-гошевцы стали сотрудничать с еврейским подпольем. Мухтар, староста деревни, был посредником между командованием отдельных частей еврейских вооруженных формирований, давая им возможность при необходимости встречаться в своем доме.

Когда в 20-х годах прошлого века стал вопрос массовой иммиграции евреев в Палестину, представители солидных арабских кланов выступили против этого. А вот шейх Саид Абу-Гош заявил о возможности мирного сосуществования арабов и евреев в Палестине. Он даже продал несколько десятков гектаров земли представителям алии, которые создали там свои кибуцы Кирьят-Анавим и Маале-ха-Хамиша.

За это лидеры племени Абу-Гош жестоко поплатились. Они были убиты членами других кланов. И, тем не менее, во время антибританских и антисионистских арабских мятежей 1936-1939 годов, обитатели этой деревни помогали защитить соседние еврейские поселения.

А когда в 1948 году, после образования государства Израиль, началась война за Независимость, открыто встали на сторону евреев, вызвав гнев остальных арабов-палестинцев. Так, во время сражения за Иерусалим после того, как арабские армии перекрыли дорогу от Тель-Авива, отрезав жизненно важные пути снабжения продовольствием и оружием, жители Абу-Гоша помогли израильтянам за восемь недель создать альтернативный маршрут «Дерех Бурма» — «Бирманскую дорогу».

Неудивительно, что после окончания войны правительство Израиля, не задумываясь, признало Абу-Гош населенным пунктом с такими же политическими и административными правами, как и еврейские.

Жителей Абу Гоша всегда считали черкесами. Но сегодня местные жители решили для себя сложный вопрос собственного происхождения, ибо считают себя чеченцами. А черкесами стали из-за того, что в стародавние времена на Востоке так называли всех выходцев из Северного Кавказа.

Утвердив для себя новый статус, они решили закрепить теснейшим образом связь с сородичами на родине. И сделали первый шаг в этом направлении – одну из местных улиц решили назвать именем первого президента Чечни Ахмата-Хаджи Кадырова. А еще запланировали создать мемориал, который будет напоминать кавказские горы со снежными вершинами.

Поставленный в центр блок из черного толстостенного гранита, должен символизировать прерванную человеческую жизнь. Планировались и башни Шамиля с перекинутой между ними аркой, и клумбы с бассейнами, и водопад…

Но в итоге построили мечеть, строительство которой было финансировано властями Чечни, потому что жители деревни не смогли собрать нужную сумму денег для реализации грандиозного проекта. Открытие мечети, получившей название «Мечети мира» состоялось в марте 2014 года.

Уже на подъезде к деревне виден этот солидный комплекс, построенный в османском стиле. В отличие от других подобных сооружений, эта мечеть имеет не один, а четыре минарета. А интерьер поражает роскошью, обилием золота.

А теперь, отсчитав в обратном порядке, сотни веков, окажемся во временах ханаанского и раннего еврейского периодов, когда деревня называлась Кирьят-Баалом. Ведь в те времена большинство людей, живших здесь, поклонялись древнейшему божеству — Ваалу. Период довольно спокойный, ничем особенно не примечательный.

Интересные истории связаны уже Израильским царством. В это место, которое называлось уже Кирьят-Йеарим («Город лесов»), попал утраченный в битве при Афеке (1050 г. до н.э.) Ковчег Завета.

А произошло это так. Филистимляне, завладевшие им, переправляли иудейскую реликвию в течение 50 лет из города в город, надеясь, что она принесет им счастье. Только вышло все наоборот. Напасти сыпались со всех сторон. И чтобы прекратить их, ковчег решили вернуть законным владельцам.

И вот из Экрона отправилась в путь телега, в которую положили важнейшую еврейскую святыню, которую доверили воле «пары нерожалых телиц». И те пришли в Кирьят-Йеарим. Жители этого места непомерно обрадовались и поместили ковчег в стоящий на холме дом Аминадава.

Хранить же раритет поручили сыну этого человека — Элизару. И тот честно выполнял свою миссию в течение 20 лет. До тех пор, пока Давид не построил в Иерусалиме скинию подобную походным храмам, и не перенес ковчег в него.

Сегодня на том месте, где стоял дом Аминадава, получивший название Дир аль-Аз’ар («Дом Эльазара»), построен монастырь Богоматери Ковчега Завета, основанный монахиней Жозефиной Румемб, похороненной на прилегающей территории.

При монастыре, имеется церковь, построенная в 1924 году французами на базе византийской базилики, разрушенной персами в VII в. (Сохранившиеся фрагменты мозаики, раскопанные монахами, вписались фрагментами в пол современного монастыря).

Церковь представляет собой здание в романском стиле с плоским фасадом. Перед ним — портик с арочными проемами; красивый потолок, расписан геометрическим орнаментом.

Внутри все предельно просто. Выделяется лишь красивый кессонный потолок, поддерживаемый колоннами с резными капителями. На нем — многократно повторяющиеся ромбы с красочным орнаментом, к которым с четырех сторон «подлетают» ангелы.

Венчает церковь статуя Девы Марии с младенцем Иисусом на руках. Она стоит на Ковчеге Завета, помещенном на высокий резной пьедестал. Ее взор обращен в сторону Иерусалима. Смысл этой композиции зщаключается в том, что Новый Завет в лице Богородицы базируется на Ветхом Завете, который олицетворяет Ковчег.

Вокруг церкви — монастырский сад, по которому «бродят» керамические оленята, растут цветы и впиваются в землю корнями старые оливы.

Монастырь действующий, принимающий многочисленных паломников. А прекрасная акустика позволяет проводить здесь концерты. Раз в год здесь сюда съезжаются певцы мирового уровня для того, чтобы принять участие в уникальном фестивале вокального пения. Именно об этом и говорит в своем стихотворении Ниэль (Нелли Глузман)

В селе Абу-Гош на холмах Иудеи,
где содраны фрески, как кожа со стен,
но церкви остались певучие стены, –
я слушаю хор, не вставая с колен.
Хористки единой волной вдохновенья
на цыпочках тянутся к сводам пустым,
и звука серебряные растенья,
ветвясь, вырастают из горл золотых.

Старинная церковь, как скрипка большая,
всем телом вибрирует, дышит вокруг.
Высокие своды дробят, отражая,
божественно тонкий сияющий звук.
Ты голос возносишь – а стрельчатый купол
его преломляет, и множит, и длит.
И пальмы снаружи склоняются к окнам,
чтоб слушать, как сердце для Неба звучит.

В обычный день ворота монастыря закрыты. Но стоит нажать кнопку звонка, расположенного около калитки, как появится монахиня. Она отопрет дверь, проводит в церковь, расскажет интересную историю и даже разрешит прогуляться по монастырскому саду.

В нижней части деревни стоит мечеть Ал-Азар.

Относительно происхождения ее названия мнения расходятся. Одни считают, что название Ал-Азар происходит от имени Элизар, человека, о котором рассказывалось выше. Того самого, что хранил Ковчег Завета.

Другие – придерживаются версии, что это видоизмененное имя Эзры Книжника, главного персонажа библейской книги Эзры, который отдыхал здесь у источника по дороге на Иерусалим. В качестве доказательства указывают на столб во дворе мечети, к которому святой привязывал своего осла.

Истину, конечно, могла бы поведать старая-престарая орешина, стоящая рядом с ним. Заговори она – и мы бы услышали немало интереснейших историй. Но такое, увы, случается лишь в сказке.

У входа в мечеть бьет источник (это главный выход того самого, что протекает под церковью) около которого правоверные совершают омовение перед молитвой.

С  появлением мусульман деревня, естественно, сменила имя. Она стала называться Кирьят аль-Инабом («Городок винограда»). И, вполне возможно, отсюда пошло название соседнего еврейского поселения Кирьят-Анавим, о котором упоминалось выше. Как известно, «а’навим» переводится с иврита как виноград.

Из-за слова «инаб», входящего в название, это место какое-то время ошибочно отождествляли с древним городком Аната, где родился пророк Иеремия. На самом же деле древняя Аната находится в нескольких километрах севернее Иерусалима.

Впрочем, есть еще один вариант названия. Это место – одно из семи предполагаемых вариантов Эммауса, нахождение которого так до конца и не определила христианская традиция. А если Эммаус находился здесь, то именно сюда шли два ученика Христа из Иерусалима, обсуждая по дороге события последних дней, связанные с его смертью. По пути к ним присоединился путник. Неузнанный, он вклинился в беседу и объяснил, что все произошедшее – не случайность, что эти события были предсказаны пророками. О том, кем является пришедший вместе с ними, эти люди поняли во время вечерней трапезы. «Он был узнан ими в преломлении хлеба» (Евангелие от Луки). Но лишь тайное стало явным, Христос моментально стал невидимым.

Версия о местоположении легендарного города, привела сюда крестоносцев. Именно здесь, согласно легенде, королю Ричарду Львиное Сердце открылся вид на Иерусалим во время Третьего крестового похода.

К моменту появления рыцарей здесь уже стояла церковь, что была восстановлена госпитальерами в 1141 году на фундаменте византийской, построенной на месте вышеупомянутой встречи Иисуса с апостолами и разрушенной персами. Это было самое красивое сооружение в Израиле периода крестоносцев.

Надо сказать, что еще до византийцев это место облюбовали римляне. Они построили здесь купальни, используя целебную воду подземных источников, и нарекли место Castellum Emmaus (крепостью Эммаус), потому что источники окружала массивная каменная стена.

От тех построек сохранилась каменная доска с титулом Х легиона Фретензис, что был сформирован в начале 40-х годов до н.э. Октавианом как противопоставление знаменитому Х легиону Цезаря.

Фретензис, «прославившийся» тем, что участвовал в Иудейских войнах, осаде Мосады, подавлении восстания Бар-Кохбы, разрушении Второго Храма, просуществовал до начала V века. А доска с латинской надписью сохранилась лишь потому, что ее вмонтировали в древние стены.

Оставили следы и воины, квартировавшие здесь в I-III в.в. Это каменные «таблички с ручками», известные как «Tabula ansata», на которых делали записи, использовали для различных сообщений.

Они имеют своеобразную форму с выступами по бокам. Одна из досок хранится в верхнем монастыре Богоматери и Ковчега Завета, а одна – в монастыре бенедиктинцев, что стоит рядом с мечетью.

Как говорилось выше, церковь была построена госпитальерами. Но с падением Иерусалимского Латинского королевства, рыцари в 1187 году отсюда ушли. И счастье, что здание не разрушили. В дальнейшем местные жители приспособили ее под амбар, а потом превратили в караван-сарай с конюшней.

В 1873 году, эта земля стала принадлежать Франции. И в 1899 году при поддержке французского посольства здание церкви было передано ордену бенедиктинцев.

Монахи из Беллокского аббатства сразу же пристроили к церкви Монастырь Воскресения. В 1907 г. церковь была восстановлена и освящена. В 1953 году ее передали лазаристам, а в 1976 году монастырь заселили бенедиктинцы из Бек-Элуанского аббатства (Нормандия). Год спустя к ним присоединилась община сестер-монахинь оттуда же.

Так создалось аббатство с двумя монастырями — женским и мужским, где каждый живет своей независимой жизнью. Правда, часть богослужений братья и сестры совершают вместе в общей церкви.

Церковь построена в римском стиле с характерной для него простотой. Некоторые детали: дверь, вход, арки, своды, подвал, остались неизменным с XII века. В базилике на стенах и квадратных массивных колоннах видны остатки средневековых фресок (1150 -1175 годы).  Они — старейшие на территории Израиля, написанные монахами-греками.

Сделать такой вывод позволяет тот факт, что родственную настенную живопись можно увидеть в церквях Македонии, Греции, Кипра…

Поврежденные от сырости и намеренной порчи (большая часть лиц, в частности женских, на фресках стерты мусульманами) специально не восстанавливаются, лишь время от времени реставрируются.

Если спустить вниз, в крипту, то можно увидеть, как меж толстых каменных плит протекает источник, выходящий наружу около мечети. До недавнего времени монастырь возглавлял умерший в июне 2010 года Жан-Батист Гурион, первый католический епископ-еврей в Израиле.

Монахи после трудового дня расходятся по своим кельям, где в тишине молятся и учатся, ни с кем не общаясь, потому что в монастыре соблюдается ритуал молчания, который длится с 8.45 вечера до 8 утра следующего дня.

На монастырской территории  можно увиидеть исторические раритеты

 

Источник со святой водой

Много зелени. Деревья, кустарники, цветы…

Неожиданный посетитель. Или местный житель?

Рядом с Абу-Гошем сохранились исторические строения более близкого нам периода. Это здание британской полиции времен мандата, которое Палмах сделал своей базой во время войны за Независимость.

Около него — памятник Давиду Маркусу, который, будучи полковником министерства обороны США, пожертвовал высоким постом в Пентагоне, приехал в начале 1948 года в Эрец-Исраэль и вступил в Хагану под именем Микки Стоуна.

Он стал первым бригадным генералом, и был назначен командующим иерусалимским фронтом во время войны за Независимость В ночь на 11 июня 1948 года, после объявления перемирия между Израилем и арабскими странами, получил случайную пулю от израильского часового. Похоронен в Вест-Пойнте (США).

Написано по следам экскурсии с Леной Кижнер

Использованный материал

Абу-Гош — Википедия
Чеченцы в Израиле, или мемориал Кадырова в Абу-Гоше …
Церковь крестоносцев в Абу-Гош — Путеводитель по Израилю
Глава IX. Из Рима в Иерусалим. Сочинения графа Николая …
А.С. Норов «Иерусалим и Синай. Записки второго путешествия на Восток»
Д. В. Дашков «Русские поклонники в Иерусалиме. Отрывок из путешествия по Греции и Палестине»
Использованы фотографии из  Монастырь Богоматери Ковчега Завет и Notre Dame de L’arce d’Alliance — Монас

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: