Хайфа

Хайфа

Мне нравится Хайфа. Особенно старая. Нравятся домв, облицованные светлым, потемневшим от времени камнем. Некоторые из них, увитые плющом, выглядят так загадочно, что воображение начинает рисовать сказочные картины.

Нравится и само название. Мягко-тягучее, со сладковатым привкусом восточных соадостей, возникаюшем тогда, когда оно произносится нараспев, с ударением на последней букве -Хайфа’.

Переплетение улиц, поднимающихся вверх по горе и соединенных ступенями лестниц, “обкусанных”  временем и отполированных тысячами подошв…

Хейфа хороша в любое время суток: и ранним утром, встречающим первых пешеходов мокрым (из-за колоссальной влажности воздуха) асфальтом, и ярким днем, играющим солнечными бликами на куполе Бахайского храма, и розовым вечерним закатом, когда раскаленный солнечный диск, уходя за горизонт, окрашивает море в удивительный, непередаваемый словами, цвет.

Но, на мой взгляд, она особенно хороша ночью. Опоясанная гигантским ожерельем тысяч огоньков-бусинок, бегущих наперегонки с вершины Кармеля и ныряющих в море.

Хочешь, – не хочешь, а, глядя на нее, невольно становишься поэтом.

Сладко-тягучее, словно халва,
Слышится мне в названье Хайфа –
Города, что с стародавней поры,
В море ныряет огнями с горы.

Там, где не глушит запад восток,
Там, где шарафы наносят песок,
Где новостройки, летящие ввысь,
В старые здания тесно вплелись,

Лестницы круто бегут вверх и вниз,
Фуникулер над горою завис.
Есть синагоги, костелы, мечети,
Есть парк скульптур – самый лучший на свете.

Шумный Адар и чванливый Кармель…
Порт, кораблям открывающий  дверь…
Часто по Хайфе одна я брожу
И что-то новое в ней нахожу.

Вот старый дом. Он похож на дворец.
Кто же в нем жил? Седовласый мудрец?
Или красавица, что вечерком
Рыцарю дверь открывала тайком?

Толстые стены, те тайны храяня,
Прячут от всех. В том числе от меня…
Только ползущему кверху плющу
Есть что поведать косому дождю…

Солнце спускается за горизонт…
День моментально дежурство сдает.
Вечер. Насытившись, Хайфа, тобой
Я возвращаюсь в Крайоты домой

В самом низу города – работяга-порт, где день и ночь крутятся стрелы башенных кранов, ведя погрузку и разгрузку, ибо, соответствуя известному присловью (прошу прощение за трюизм), о Хайфе, прежде всего, принято говорить как о труженике, работающем в то время, что Тель-Авив веселится, а Иерусалим молится.

Впрочем, это не совсем верно, ибо и здесь есть места, как для веселья, так и для молитв, что творят приверженцы разных религий, разных конфессий.

Говоря о любом городе, непременно, касаешься этимологии назания и его истории. Начнем с названия..

Специалисты в области топонимики расходятся во мнениях. Одни считают, что «Хайфа» происходит от словосочетания «хоф яфе», т.е. «красивый берег». Другие утверждают, что это придумка одного из рыбаков, построившего на берегу лачугу и самоутвердившегося высказыванием «хай по», т.е. «был здесь».

Есть еще версия о том, что это слово происходит от слова «хупа», ибо гора, нависающая над окрестностями города, чем-то напоминает свадебный балдахин.

А может быть, истоки следует искать в корне слова «лихапот», означающего в переводе «укрывать», ибо это место, действительно, было идеальным для города, раскинувшегося между горами и заливом, рядом с двумя долинами (Звулоном – на север и Приморской – на юг), расходящимися от хребта Кармеля, упирающегося в море. Впрочем, какая разница? Главное то, что имя слилось с обликом города, определяя его судьбу.

А теперь об истории. По сравнению с другими городами региона Хайфа не так уж стара. Первые сведения о ней в Талмуде относятся ко второй половине III века. Но, вполне возможно, что евреи начали селиться здесь, равно как и в Галилее, после разрушения Второго храма, когда Иудея стала для них закрыта.

Территория в то время принадлежала уже не Риму, а Византии. Затем она переходила  из рук в руки правителей Дамаска, Багдада, Егопта… В VII веке сюда пришли арабы. А далее 400-летний период покрыт мраком тайны. Сведения о городе появились вновь в религиозных трактатах лишь в ХI веке.

А столетие спустя на Святую Землю пришли крестоносцы. В 1100 году они во главе с Танкредом атаковали город как с моря, так и с суши. Несмотря на упорное сопротивление Хайфа пала. Его жители, независимо от пола и возраста, погибли. А их добро похитили грабители.

В течение последующих ста лет Хайфа оказывалась то в руках христиан, то мусульман…

Земли отвоеванные у крестоносцев  египетским султаном Саладином (Салахад-дином), через несколько лет вернул рыцарям Ричард Львиное Сердце. А потом они вновь перешли к мусульманам, стали частью Османской империи.

Все это привело к упадку, к превращении Хайфы в небольшую рыбацкую деревушку, жители которой занимались в основном добычей  моллюсков «хилазон», переработкой которой получали краску «аргаман» или пурпур.

Возрождение произошло в ХVIII веке после того, как в этих краях появился бедуинский шейх аль-Омар. Он обнес город высокими стенами, проложил главную улицу Яффо, соединявшую въезды в город через Аккские и Яффские ворота.

Когда в 1761 году  Хайфу осадили турки, эль-Омар приказал разрушить город, завалить валунами акваторию порта. А затем построил новый город окруженный стенами, защищенный крепостью.

 В нем жили и арабы, составлявшие большую часть населения, и евреи, к которым шейх относился весьма благосклонно, поощряя развитие ремесел и торговли..

А в 1799 году на Святую Землю пришел Наполеон Бонапарт. Он оказался в Хайфе по пути к Акко.  Жители сдались без боя, сохранив город.

Египетское завоевание Эрец-Исраэль в 1831 г. способствовало дальнейшему развитию Хайфы. Несмотря на противодействие местных властей вновь появились кармелиты, которые впервые обосновались в районе Кармеля в XI веке, и не раз изгонялись и возврашались.

Их деятельность привела к тому, что сюда стали приезжать христиане из Европы, появились арабы-христиане.

В середине XIХ века в Хайфе открылись английское, русское, французское и австрийское консульства. И сюда потянулись темплеры, лютеране, отпочковавшиеся от своей церкви и создавшие свою секту.

Они, создавшие немецкую колонию Мошаву Германит, сделали немало для развития города.

В ту пору Хайфу  населяли четыре основные группы населения. Это арабы-масульмане, арабы-христиане, немцы и евреи. Последние делились на три группы, которые состояли из коренного населения, выходцев из Северной Африки и Турции (сефардов) и европейских евреев (ашкенназов) — представители Первой и Второй алии, в основном из России.

Из среды европейских евреев встречались состоятельные, приобретавшие земли в городской черте. Проявляли интерес к инвестициям крупные промышленные и финансовые магнаты.

После окончания Первой мировой войны прекратила существование Османская империя. В Палестине стал действовать режим управления Великобританией по мандату Лиги Наций.

Англичане создали в Хайфе мощную военную базу. Превратили город в региональный промышленный центр с портом и железнодорожной магистралью, соединявшую Египет с Ливаном, аэропортом и электростанцией.

Дальнейшее развитие города связано со строительством нефтепровода и глобальной передислокацией населения.

В 20-х–30-х годах ХХ века в связи с массовой застройкой, началась миграция: арабы стали спускаться вниз, в район железнодорожной станции, а евреи, подниматься вверх по склону горы Кармель.

Стали прокладываться  городские улицы. Одни опоясывали гору, другие поднимались вверх. Закладывались скверы. Для планировки центральной части города — Адара из Германии был приглашен известный архитектор Кауфман. И Хайфа постепенно етала приобретать европейский вид.

С тех пор утекло немало воды. Крупнейший город на севере страны, пережив немало перипетий, приобрела новое лицо. И сегодня это своеобразное место со своим, индивидкальным лицом. Здесь старина сходится с современностью, а Запад с Востоком, вопреки известному утверждению Р. Киплинга.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: