И все же эти пруды Бухары удивительно красивы. Вечером, после того как муэдзин с минарета возвестит призыв к молитве, мужчины города собираются вокруг прудов, окруженных высокими серебристыми тополями и величественными черными вязами, чтобы насладиться отдыхом и безмятежностью. Расстелены ковры, горящий чилим передается из уст в уста, самовар дымится, а ловкие юноши разносят неглубокие чаши с зеленым чаем.
Здесь собираются меддахи ( традиционный турецкий рассказчик, выступавший перед небольшой группой зрителей -Т.Я.), или рассказчики, музыканты и танцоры, чтобы продемонстрировать свое мастерство. А может быть, появляется фокусник или жонглер, демонстрирующий самые удивительные и невероятные трюки. К толпе присоединяется индийский заклинатель змей и заставляет своих ядовитых змей танцевать, а над всем царит мир бухарского вечера.
Никакие громкие речи не нарушают волшебства; сплетни и новости дня обсуждаются шепотом. Так было столетия назад в Бухаре; Так обстоит дело и сегодня. Есть вещи, которые не могут изменить даже Советы.
Густав Крист, «В одиночестве по Запретной земле» (1937)
Практически в каждом городе мира есть своя центральная площадь. В Бухаре – это Ляби-Хауз (переводится с персидского как «у пруда»), сохранившаяся с давних времен.
Площадь была разбита по приказу великого визиря Надира Мухаммада Дивана Беги (диван беги — должность министра финансов) около 1620 года. А тутовые деревья, растущие вдоль его берега, старше хауза на 150 лет.
Самый большой из городских водоемов (42 Х 36 метров, глубиной 5 метров) имел восьмиугольную форму. Питался водой из Королевского канала Шах-Руд , пролегавшего через старый город.
Каменные ступени, ведущие к нему, облегчали доступ к воде, которая обеспечивала потребности жителей города. Профессиональные водоносы наполняли здесь большие кожаные мешки и разносили по домам богатых граждан.
Водоем получил название Надир-Беги по имени человека, по приказу которого был выкопан. И с его появлением связана следующая история.
В стародавние времена на месте Ляби Хауза стоял дом пожилой вдовы-еврейки. Диван Беги обратился к ней с предложением купить дом вместе окружавшим его двором, предложив приличную цену. Но хозяйка не хотела расставаться со своим имуществом. Не сумел уговорить ее и правитель Бухары Имам Кули-хан. Отнять же дом силой запрещало местное законодательство, подтвержденное советом муфтиев, ибо считалось, что евреи должны иметь права равные с мусульманами.
И тогда визирь пошел на хитрость. Он велел проложить под стенами дома вдовы арык.. Вода стала подмывать фундамент, создавая опасность обрушения.
Аварийная ситуация заставила женщину прийти к Диван-Беги, и тот повторил свое предложение.
Вдова ответила необычным образом. Она попросила взамен своей недвижимости не деньги, а участок земли, на котором могла бы построить синагогу.
Сделка была заключена, и в еврейском квартале (махалля-кухма) появилась первая в городе синагога.
Был сооружен и водоем, у которого появилось неофициальное “Хауз-и Базур” (“Построенный с принуждением”).
Во период средневековья это место было весьма популярно среди граждан. Здесь совершались сделки, устраивались народные гуляния. Можно было встретить жонглеров, акынов, фокусников, индийских заклинателей змей…
Особенно это место было популярно у стариков с тюрбанами или меховыми шапками на голове. Они рассаживались на деревянных диванах, скрестив ноги и потягивали зеленый чай из пиал. И в память об этом на берегу хауза поставлено изваяние.
Но со временем это место превратилось в источник заразы с застоявшейся водой, кишащий червями, блохами и другими паразитами. Поэтому Лаби -Хауз был очищен и осушен наряду с другими водоемами города.
После Великой Отечественной войны из него сделали своеобразную спортивную арену, где проводились соревнования по волейболу и борьбе «кураш».
В 50-х годах прошлого века хауз наполнили водой, а затем по периметру, проложили трубу, создав небольшой фонтан.
А рядом с ним — домик для птиц.
В этом домике ночуют, плавающие по глади пруда белые лебеди.
Как и прежде здесь кипит жизнь. Вокруг расположены чайханы и рестораны, лавки с местными сувенирами. Работают художники, ремесленники, музыканты…
А еще сюда приехал на своем любимом осле Ходжа Насреддин Афанди.
Насреддин Афанди – фольклорный персонаж мусульманского Востока. Шутник и хитрец, тонкий мудрец и глупый простак, высмеивающий людские пороки, скупцов, ханжей, лицемеров, судей-взяточников и мулл.
Нередко нарушат нормы приличия, но неизменно находит неординарный выход из положения, выходит победителем из любой словесной перепалки.
Этому народному любимцу какая-то мамаша поручила стеречь коляску с ребенком.
Водоем окружает архитектурный ансамбль, созданный в XVI–XVII веках. Он включает в себя медресе Кукельдаш, ханаку Надира Диван-беги и медресе Надира Диван-беги.
И с появлением этих объектов связана следующая легенда.
Когда, уже знакомый нам, министр эмира Бухары Надир Диван-Беги решил жениться, то подарил своей суженной лишь пару серег. И та оскорбилась столь скромным, на ее взгляд, подарком.
Тем не менее, свадьба состоялась. А по прошествии нескольких лет, видя, что ее муж построил мечеть, медресе и ряд других сооружений, заметила, что он потратил на это колоссальные деньги, в то время как она получила весьма скромный подарок, оскорбивший ее,.
На это последовал ответ: «Дорогая, загляни в коробочку с серьгами».
Когда та открыла коробочку, то увидела одну серьгу и подумала, что вторую украли.
Но Надир Диван-Беги объяснил ей, что все его постройки были возведены на стоимость этой одной серьги.
«Я не осознавал ценность своего подарка, пожалуйста, насладитесь тем, что было построено благодаря этой серьге», — сказал он жене.
А теперь рассмотрим одно за другим здания этого архитектурного ансамбля.
Ханака Надира Диванбеги.
Хонага в переводе с узбекского означает «комната». В Средние века ханега, хонако (от перс. «хане» — дом, «га» — место), в странах Ближнего и Среднего Востока так называли странноприимный дом с мечетью и кельями, становившиеся обителью дервишей. Здесь они могли останавливаться, отдыхать и медитировать.
Комплекс, построенный в 1620 году, состоит из центральной крестообразной местной мечети с красивым, мозаичным порталом. Внутри мечети – михраб, богато украшенный мозаичными плитами малиново-красного, ультрамаринового синего, ярко-зеленого и золотого цветов. Он представляет собой архитектурную нишу в стене мечети, указывающую направление на Мекку (киблу). Там имам во время намаза стоит впереди молящихся и читает молитвы.
Мечеть окружена четырьмя кельями (худжрами), расположенными на двух этажах. В них предоставлялось жилье нищим святым.
Сегодня это место превращено в туристический объект, где продаются разные товары, в том числе сувениры, проходят выступления музыкантов, певцов, танцоров.
Медресе Кукельдаш
Медресе Кукельдаш, ставшее первой постройкой в этом ансамбле. Оно было построено в конце 1560-х годов генералом и государственным деятелем Кулбабой Кукельдашем Кулбабой Кулкедашем (приемным братом) Абдуллы Хана II.
Это самое большое медресе в Центральной Азии (60 на 80 метров) и религиозный центр.
Здание построено из желтого кирпича и имеет традиционную квадратную форму с большим порталом и внутренним двором. Массивный кирпичный фасадом скрывает своды строений, элегантную внутреннюю отделку плиткой.
В советский период медресе использовалось по-разному. Как караван-сарай, крепость, женский центр, музей атеизма и народных инструментов.
После распада СССР и приобретения Узбекистаном независимости медресе Кукельдаш было восстановлено до первоначального вида, но не изначальной функции.
Сегодня является объектом туристического сервиса. В нем расположены «Музей истории литературы Бухары», ремесленные мастерские, магазины товаров народного творчества.
Медресе Надир Диванбеги
В восточной части ансамбля находится медресе Надир Диванбеги, которое визир построил в 1623 году как караван-сарай, который должен был стать источником его личного дохода. Но хан, увидев его, решил превратить строение в религиозное учреждение. Поэтому портал был перестроен. Около него появились башни.
Но и сегодня медресе не имеет традиционной планировки. Там нет ни мечети, ни лекционного зала. Оно известно своим уникальным и богато украшенным фасадом, украшенным мозаикой и майоликой.
На фасаде, над тимпаном, изображены две большие мифические персидские птицы Симург (Хумо), держащими в когтях то ли ягнят, то ли оленей. Они взлетают к солнцу с монголоидным лицом, что идет вопреки исламскому запрету на рисунки такого типа.
Так Диванбеги, создав еретическое изображение, выразил свое неудовольствие решением хана. Тем не менее, этот рисунок считается одним из лучших образцов фигуративной плитки в Узбекистане.
Сегодня кельи медресе превращены в торговые лавки с изделиями ручной работы,
А во дворе выступает танцевально-песенный ансамбль.
Использованный материал
Историко — архитектурный ансамбль Ляби Хауз | Centralasia …